23:11 

Глава 10 часть VII

Mary~Cherry
там, где скрываются сказки



11 января 2000 год

Он медленно ступал по заснеженному гравию, вдыхая полными легкими прохладный воздух. Сильный ветер трепал волосы, но Малфой будто и не чувствовал холода. Все его мысли были заняты Гермионой. Что, если у него ничего не выйдет? Если по его вине она так и останется проклятой? Вечно будет скитаться между миром живых и мертвых. Как призрак, только хуже — не помня себя. Ведь у него даже не было никакого плана. Он не знает, как будет действовать.

— Драко! — неожиданно услышал он голос отца. Обернувшись, Малфой увидел, как тот быстрыми шагами приближался к нему. — Немедленно вернись в дом. Эта девчонка прикончит тебя, Драко!

— Нет, — выдохнул он.

— Драко, — Люциус наконец поравнялся с ним. — Что ты собираешься сделать? В одиночку?.. Прошу, — его ладонь легла на плечо сына, — давай вернемся.

— Нет! — резко остановившись, вновь обрезал он.

Неужели сейчас Драко видит в глазах отца волнение и беспокойство за него?

— Я больше не могу сидеть сложа руки, я должен хотя бы попытаться, — покачал он головой, но тут вдруг… Ледяной страх сковал все его тело. Он ничего не мог сделать, наблюдая, как ее руки — бледные, почти серые — появились откуда-то из-за спины Люциуса, длинные худые пальцы обвили его шею и лицо, также оторопевшего и онемевшего от ужаса. Ее мертвое лицо появилось вслед за руками, а затем раздался самый пронзительный и душераздирающий крик. Словно она кричала о Чарли, о Драко, о том, как Люциус был с ними несправедлив, каким жестоким он всегда был. Был…

Когда все закончилось, Драко, опустившийся на колени и закрывающий руками уши, распахнул глаза. На земле он увидел бездыханное тело своего отца. Его глаза были открыты, и в них навсегда запечатлелись страх и невыносимая смертельная боль. Эти же чувства сжали грудь и сердце Драко так, что он едва мог дышать.

Отец…

Много раз он представлял себе его гибель, но на самом деле никогда всерьез. Ведь он оставался его единственным родителем. Тяжелый ком застрял в горле, а слезы обожгли веки.

«Никогда не плачь, это унизительно», — надменно говорил ему Люциус. Малфой сжал его ладонь мелко-мелко задрожавшими пальцами, но это длилось недолго, поскольку она все еще была здесь.

Банши наклонилась к Драко, обвила его лицо руками, заставив приподнять голову, и подарила такой сострадающий взгляд, словно бы перед ним стояла его живая, освободившаяся Гермиона. Ее глаза были наполнены слезами, однако спустя миг этот взгляд резко изменился. Неожиданно Малфой почувствовал рывок в области живота, и они оказались где-то в лесу. Вокруг тянулась полоса заснеженных елей, за которыми не был виден особняк, так как, скорее всего, они оказались за много миль от дома.

Малфой наконец мог хорошо рассмотреть Гермиону. Она была все в той же длинной ночной сорочке, надетой на обнаженное тело, и казалось, совсем не чувствовала холода. Босые ноги едва касались земли, когда она неслышно ступала по ней. Но самые сильные изменения потерпели ее волосы. Они будто стали светлее или же потускнели в некоторых местах. Некоторые пряди поседели, и распрямились прежде упругие локоны. Лицо теперь не выражало то же сочувствие, сейчас Малфой видел в нем боль и злобу, страдание и усталость, печаль и горечь одновременно. Было и еще что-то… обида?

— Гермиона, — хрипло вымолвил он, осторожно поднимаясь на ноги. Она продолжала смотреть на него. — Это я — Драко…

Банши медленно отошла от него, а Малфой просто продолжал, в надежде достучаться до ее воспоминаний:

— … Драко Малфой. Ты приехала ко мне вместе с Чарли, а еще… несколько дней назад ты сказал, что любишь ме…

— Я знаю, кто ты такой! — воскликнула она и вдруг неожиданно с небывалой ранее силой толкнула его к дереву. — Я знаю, что ты проклял меня, и помню всю боль, которую причинил, — голос ее дрожал то ли от гнева, то ли от слез. Она вновь подошла к нему, дотронулась одной рукой до лица, а другой до груди, где колотилось его сердце. — Боишься, — губы ее дрогнули в улыбке. — Как быстро бьется…

Когда-то она также упоенно вслушивалась в этот стук. Когда-то она молилась, чтобы его сердце не останавливалось.

— А мое перестало, — прошипела Гермиона, прикладывая его руку к своей груди.

Охваченный оцепенением, он судорожно сглотнул.

— Я хочу все исправить.

— А я хочу, чтобы оно перестало биться, — она сжала его грудь так, словно бы стискивала сейчас настоящее, живое сердце Малфоя. Затем ее рука поползла к его шее, но вдруг Гермиона вскрикнула и прижала ладонь к себе. Ее взгляд зацепился за талисман Чарли, оказавшийся теперь у Малфоя.

Как странно… Она сама утверждала, что он способен защитить от злых сил. Выходит, что от нее самой? И поэтому ее крик убил только Люциуса, а Драко оставил невредимым?..

Убил Люциуса…

Убил…

Отчаянный всхлип и вскрик вырвались из ее груди, и она отвернулась от Драко, оказавшись в страшном смятении.

Драко тем временем пораженно сжал в кулаке талисман из черного агата, но затем все же осмелился дотронуться до Гермионы.

— Тебе больно?

Она подняла на него ошеломленный взгляд, и в эту самую минуту — Малфой мог поклясться — ее зрачки стали немного шире. Он мягко дотронулся до ее руки, такой ледяной, словно от окутанного проклятием сердца. Миг, и неведомая сила отбросила его в сторону, а все вокруг наполнилось мучительным, душераздирающим воем.

(кликаем на цитату)

@темы: Банши, Коллажи/Фото/Арты, Новая глава

URL
   

Бестиарий Мэри

главная